наводнение в городе

когда мы переехали жить в девятиэтажку с дядяней мне было целых десять лет.

дядяня снял нам комнату у хозяйки на девятом этаже под самой крышей и

оставляя меня дома шатался в поисках работы по городу. через два дня

он устроился работать грузчиком на вино-коньячный завод но я не сильно

этому обрадовался. так как знал что дядяня снова запьёт. теперь он точно

не сможет удержаться - думал я. зато дядяня был доволен. рот до ушей

растянул и ходил хвастался перед хозяйкой:

- всего два дня в городе - а уже работу нашёл!

- мдаа... - говорила хозяйка. - двести рублей за неделю и я буду менять

вам постельное каждый месяц!

- хорошо хорошо. - говорил дядяня. - у меня у самого имеются некоторые

сбережения и думаю что через месяц мы и вовсе сможем купить квартиру в

вашем городе.

- ваш город мне понравился! - говорил дядяня и я вспоминал разные города

которые мы с ним объездили. и он везде говорил: - здесь мы определенно

осядем! какой красивый у вас район! - говорил он хозяйкам. а через месяц

мы снова оказывались в вагоне поезда. а то хуже - тряслись в автобусе.

а то хуже - шли по дороге и ловили попутки. мы были во многих городах:

- жили на Молдаванке в Одессе в одном еврейском дворике и нам пришлось

оттуда бежать потому что дядяню приговорил один местный цыганский барон.

потом мы поехали в Запорожье - и устроились там возле ЗТЗ куда дядяня

очень стремился попасть на работу но его не взяли. потом дядяня решил

попытать счастья вместе с баптистами но был изгнан за пьянство из секты.

мы жили в чреве ужасного промышленного чудовища - в Кривом Рогу в старом

городе и после того как дядяне набили морду и ограбили ночью мы сразу

тронулись в Киев - Киев спал под снегом. снег в том году не убирали на

столичных улицах и единственное что я помню о Киеве - скользящие падающие

люди которые вечно куда-то торопились и трусливо оглядывались по сторонам

кидая недоброжелательные взгляды. лучше всего мы жили с дядяней в Кишинёве:

потому что в этом городе дядяне наконец удалось бросить бутылку и найти

хорошую работу. он устроился работать таксистом. ему выдали автомобиль

и платили 3000 лей плюс что он там награчует по ночам. мы жили припеваючи.

каждый день я ел конфеты а по выходным ходил гулять с дядяней в центр

на Площадь Национального Восстания. там дядяня покупал мне книжки с картинками

и холодный квас. Кишинёв - очень зелёный город - и неправду говорят

что Киев - самый зелёный город Европы. на некоторых центральных улицах

в Кишинёве деревья больше зданий. и их кроны переплетаются в небе создавая

зелёный купол. мы снимали две комнаты на Буйканах у хозяйки в частном доме.

через дорогу от нас - находился Кулинарный техникум. и мы часто ходили

с дядяней в столовую туда попробовать что же там приготовили студенты.

один раз мой дядяня даже попал на ежегодный конкурс плацинды и выставлял

оценки. он входил в состав жури и держал меня за руку. а под мышкой

у меня был красный грузовик и я гордился дядяней. любил его и жизнь. и

наш новый город - Кишинёв - потому что дядяня брился каждый день и ложился

спать после работы и душился дорогим крепким одеколоном. потому что

в Кишинёве - люди были приветливы и добры ко мне как ни в одном городе.

потом всё оборвалось в один прекрасный летний день: дядяня в обеденный

перерыв решил пограчевать в центре города и пришвартовался возле бровки.

он отвозил пассажиров и возвращался на то же рыбное место. от клиентов

не было отбоя. потом к нему подошли таксисты и сказали чтоб он

отдал им всю выручку потому что это их участок и никто кроме них не

может здесь грачевать. и нет других таксистов на этой улице кроме нас. -

сказали они ему. на что дядяня рассмеялся и послал их куда по дальше

продолжая стоять под бровкой. тогда таксисты вытащили его из машины

и проломили ему череп об асфальт. но всё обернулось хорошо: пролежав

два месяца в больнице дядяня поправился и его выписали.

- теперь мне не нравится этот город. - сказал он мне. мы вышли из

больницы я держал его за руку и лизал мороженное в вафельном стаканчике.

- точнее город мне нравится. но те люди были очень злыми. они чуть не

убили меня. кто знает возможно мы бы остались здесь если бы я запил?

и вечером мы уже сидели в автобусе и ехали в город про который люди

говорили:

- это очень красивый город. там дешёвые базары и река. а прямо в центре

- набережная. и все самые красивые тёлки одевают вечерние платья и

выходят прогуляться вечерком на набережную.

и люди не врали. город мне понравился: потому что дядяня сразу нашёл

работу. мы в первый же день нашли комнату и здесь была река а у хозяйки

удочка которую она мне за пару рыбёшек любезно одалживала по вечерам.

я ловил рыбу сидя на плавучем домике спасателей.

спасатель там был всего один. он был и сторожем и вообще самым главным

на городском пляже человеком. это был приземистого роста коренастый

мужчина. его звали - Витя. у него были седые волосы, огромные бицепсы

и водянистые голубые глаза которые всегда устремлялись за горизонт:

- раньше я был моряком. мы ходили в Мексику и Гонолулу. мы плавали

в Австралию. я был арестован сирийской секретной службой в Латакии

но мне удалось бежать. один раз я даже был почётным гостем у одного

африканского короля. он так полюбил меня что подарил мне пять сундуков

с золотом. а потом я променял все эти сундуки на виноградники под Парижем.

и еще много историй он мне рассказывал когда я сидел на деревянном

полу и следил за поплавком. рядом стояла трёхлитровая банка с железным

ободком и ручкой. там уже плавали несколько рыбёшек. наверно, они

и не знают какая беда с ними сегодня приключится. - думал я. солнце

заходило и бардовое небо постепенно блекло и отступало за высокий

сосновый лес на другом берегу. рыбёхи в банке жалобно открывали рты

и смотрели на меня. сегодня их последний день. я думал поймать еще

пару штук и уйти восвояси.

- ты думаешь я всем пацанам разрешаю сидеть тут возле домика и ловить

рыбу?! - спросил меня спасатель Витя. он курил душистый табак

а в деревянном домике у него шипел приёмник и лишь изредка выдавал

обрывки румынской музыки.

- нет. - ответил я.

- ладно. давай дуй отсюда. приходи завтра я покатаю тебя на лодке

а сейчас я буду занят так что вали. вали вали. хватит с тебя и этой

рыбы.

я поднялся и увидел что к пляжу подошла красивая женщина лет тридцати.

- привет, Витя, - сказала она спасателю. в руках у неё был бумажный

свёрток. бутылка вина. еще бы. все женщины этого города были влюблены

в Витю.

река прибавила и поэтому пляж был закрыт.

по дороге домой я увидел что мой дядяня сидит в шашлычной на берегу с

какими-то мужиками. они очень шумят и о чём-то спорят. на столе у них

стояло три бутылки водки. и я понял: дядяня снова развязался.

он позвал меня и помахал рукой. но я сделал вид что не заметил и быстро

прошёл дальше.

хозяйка нажарила рыбы и мы поужинали вдвоём. потом пришёл пьяный дядяня

и в обуви сразу залез в кровать. должно быть на новой работе ему

уже дали аванс.

хозяйка открыла дверь и сказала храпящему дядяне:

- мой муж всю жизнь пил и от этого и умер. я не потерплю алкоголь у себя

в доме. я не потерплю пьяных в своём доме.

она с силой захлопнула дверь. раскраснелась и вообще разнервничалась.

кинула посуду в раковину потом подошла ко мне и схватила за волосы:

- я что должна за тобой и посуду мыть?! - спросила она. - давай жри

и вали спать!

проснувшись ночью дядяня перепутал туалет со спальней хозяйки и сонный

в темноте нассал на неё. прямо ей на кровать нассал.

она очень долго кричала и сказала что позвонит в милицию и расскажет

своему сыну чтоб он побил дядяню но всё обошлось и на следующее утро

мы переехали в трёхэтажный довоенный дом на Бородинской. я украл хозяйскую

удочку и дядяня сказал:

- правильно сделал.

каждое утро на Бородинской стояла большая жёлтая бочка с пивом и я провожая дядяню

видел как он долго боролся с собой но потом жажда одерживала над ним

верх и он устремлялся что твой гончий пёс к бочке и опрокидывал перед работой

три стакана пива. на бородинской было еще два круглосуточных винных

магазина. теперь нередко дядяня по ночам бегал за кагором в винный и

тихонько слушая музыку. пил себе в углу. а я делал вид что спал и через прищуренный глаз и одеяло наблюдал за спитым и очень храбрым дядяниным лицом.

когда я следующий раз пришёл ловить рыбу к спасательному домику река

поднялась еще сильней и теперь затопила дорогу и ступеньки ведущие

на пляж мне пришлось снять сандалии и закатать штаны.

из домика вышел неизвестный мне пожилой человек. у него была волосатая

седая грудь. таких высоких людей я еще не видел в жизни в старике было

больше двух метров росту.

- ты что тут делаешь пацан? - спросил он.

- я здесь ловлю рыбу.

- пляж закрыт. не видишь как река подымается?! скоро весь город затопит! -

сказал он. - посторонним сюда вход запрещён.

- а Витя мне разрешал... - ответил я и положил удочку на деревянный пол.

- хм... Витя... - сказал старик и посмотрел на небо. - если сегодня

не дай бог пойдёт дождь то нижний город наверняка затопит...

- а где Витя? - спросил я.

- его убила баба по пьяни прямо в этом домике. - сказал он.

- зачем она это сделала? - спросил я.

- кто знает. может ревновала. все беды в этом мире случаются из-за баб.

бабы - это источник пиздеца на нашей планете. пацан. так и знай все

войны развязывались из-за баб.

- можно я буду ловить рыбу здесь? - спросил я.

он удивлённо уставился на меня:

- разве тебе хочется ловить рыбу возле места где недавно убили человека? -

спросил он.

- не знаю. мне всё равно.

- тогда давай. валяй. а я тут посижу посмотрю сколько ты словишь. пацан.

и старик сел на табурет. надел очки и развернул газету.

- слышишь. пацан. тут написано что река еще будет подыматься и город

может затопить через два дня. людям которые живут в нижнем городе советуют

собирать бебехи и уёбывать куда повыше.

- что такое бебехи? - спросил я. рыба вообще не клевала. из головы у

меня не выходил Витя и его рассказы про дальние плаванья.

- бебехи - это лахи. - ответил старик. - ну шмотки то есть.

- а ты где живёшь? - спросил он.

- на Бородинской.

- это же в Яме.

- с родителями?

- с дядяней. мы только недавно приехали в город.

- вот как... - сказал старик.

- скажите, а женщину которая убила спасателя поймали? - спросил я.

- нет. её до сих пор ищут. чёрт возьми этих баб. сколько у меня их было

и я рад что ни одну из них не полюбил. никогда не связывайся с бабами

всерьёз! - посоветовал он.

- значит она где-то в городе, эта женщина? - спросил я.

он:

а чёрт его знает. где она бродит. наверняка её скоро поймают и упрячут

в тюрьму.

- ладно давай вали отсюда а то уже поздно.

я посмотрел на пляж. там не было ни одного человека.

- вы тоже ждёте женщину? - спросил я.

- не мели херню я просто хочу спать и тебе не нужно здесь оставаться

одному. скоро будет темно и пойдёт дождь.

я взял банку, скрутил удочку и собрался уходить. дождь действительно

начал капать. за высоким сосновым лесом вспыхнула молния и раздался

ужасно громкий треск.

- подожди малой! - крикнул мне старик. - я хочу показать тебе одну

штуку которую показываю всем своим новым знакомым.

старик повернулся ко мне задом. стал раком и спустил джинсовые шорты.

прямо на жопе у него была наколота печка. а на обоих ягодицах - кочегары

с лопатами полными угля. и когда старик тряс ягодицами кочегары по очереди

закидывали уголь в печь. при этом он дико ржал и кричал мне:

- а! ну что видал такое! видал где-нибудь такое! ага!

еще раз ударила молния и дождь пошёл сильнее.

дома пьяный дядяня валялся на полу в темноте и храпел. я подложил ему

под голову подушку и накрыл его одеялом как делал ни раз. потом я пошёл

на кухню и в темноте приготовил яичницу на сале и сварил чашку вкусного

кофе. вымыв посуду я притащил матрас на кухню и лёг так чтоб мне было

видно окно. я наблюдал за разбушевавшимися молниями. они хлестали небо

с ужасающе громким звуком. казалось звук этот порвёт мир на пополам.

дождь тарабанил в окна и перешёл в затяжной ливень который шёл всю ночь.

на утро я разбудил дядяню и сбегал за кружкой пива к бочке. Бородинскую

полностью затопило. только до нашего дома вода еще не дошла потому что

по сравнению с новостройками он находился чуть выше. я видел расстроенных

паникующих людей которые выносили из дома всякие вещи - ковры. телевизоры.

посуду. зимнюю одежду - и складывали их в грузовики. люди эти выглядели

подавленными и очень ругались.

один мужчина нёс на руках спящую малютку и ругался:

- что за ёб твою мать. - говорил он. - катастрофа! пиздец!

одна очень старая еврейка держала в руках скатерть в которой были завернуты

драгоценности:

- такого наводнения я еще не помню. вы не подвезёте меня до Спеи? там живут

мои родственники в Спее. дочка с мужем. её муж - большой человек! - сказала

она водителю грузовика.

- а мне не похуй кто он такой! - прорычал на неё водитель грузовика и дёрнул

с места.

- мишигины! - крикнула она ему.

я похмелил дядяню и собрал его на работу. рассказал ему про то что женщина

убила спасателя Витю и про то что скоро весь город затопит.

дядяня держал в зубах сигарету и сидел молча на кровати. он скривил лицо

потому что сигаретный дым попал ему в глаз.

- жаль что у меня нет резиновых сапог. - сказал он.

- больше не ходи ловить туда рыбу. если там убили человека то рыба

еще не скоро клевать будет.

он вышел из дома. потом снял туфли и закатал брюки чтоб пойти дальше

через дорогу.

в нашем парадном жил пацан. он был калекой и мог передвигаться только

в инвалидном кресле. он бедолага - совсем не чувствовал своих ног и

вырезал на коже карманным ножиком чуть выше колен сердечки и пронзал

их стрелами. он писал: Славик плюс Оксана ровняется любовь. на другом

колене писал: Славик плюс Оля ровняется дружба.

- я ебал этих девчёнок. - сказал он мне. - ты думаешь у меня и хуй не

работает?! смотри! он достал рукой хуй из шорт и показал что он стоит.

рука у него тоже была какая-то дефективная. скрюченная и очень худая.

- мне не больно! - говорил он. - и продолжал вырезать на ляжках разную

чепуху.

- Олю я сажал на колени и мы ебались. а Оксана мне один раз отсосала.

только это было не в этом дворе. раньше мы жили в другом дворе. там

были одни бабы не то что здесь. - он презрительно фыркал.

мы сидели с ним под козырьком пока шёл дождь. и вода на улице Бородинской

прибавляла у нас на глазах. теперь вода добралась и до нашего дома.

я пошёл в дом и положил все наши скудные пожитки на кухонную плиту.

папашину одёжку. мою одёжку.

- отвези меня домой! - попросил меня инвалид Славик. - от него пахло мочой.

- блядь! - сказал он когда увидел что их тоже затопило. ковры в их

комнатах плавали.

- отвези меня в комнату! налево! - я открыл дверь в его комнату. там

плавала игровая приставка с джойстиками.

- нет! о нет! - захныкал Славик. - моя сега! нет! только не сега! блядь!

он плакал в комнате а мне захотелось найти дядяню и смыться с ним

из этого города. я подумал о Славике: а что если родители его сегодня

не придут. тогда он утонет. этот несчастный калека с чесночным запахом

мочи. мне не было его жаль. потому что он хвастун.

нужно найти дядяню!

пробежав один квартал до вино-коньячного завода я встретил дядяню и

кинулся ему на шею.

- дядяня. - взмолил я. - давай уедем отсюда в другой город. пока нас

не затопило! пожалуйста, дядяня.

он нёс два кулька с едой и бутылками.

- сегодня я не могу уехать. - сказал он и довольно улыбнулся. - к нам

придёт гость.

- какой гость?

- вечером увидишь. на крыльце мы встретили инвалида Славика. он всё еще

плакал и причитал:

- сеееегаа...сега! сееега... - из ноздрей у него вылезали зелёные

пузыри. они надувались и лопали. похоже его родители еще не пришли.

в комнатах у нас было по колено воды. но дядяня как будто и не замечал

этого. он расхаживал напевая себе под нос мелодию и даже готовил еду

на плите. хотя он в принципе никогда ничего не готовил.

ближе к десяти пришёл хозяин квартиры. старый еврей - Ёся. он только

покачал головой и сказал:

- что же будет! что же будет! я поеду в деревню к родственникам. а вы?

дядяня достал из заднего кармана деньги и протянул еврею.

- вот оплата на два месяца вперёд. - сказал он и глазом не моргнул.

- дай бох вам здоровичка. - отблагодарил еврей и ушёл.

я не узнавал дядяню. ей-же-ей что с ним случилось?! нас топило а он

хлопотал возле плиты. готовил жаркое и пил вино.

- у нас будет чудесная гостья! - сказал он.

потом пришла женщина и поцеловала дядяню в губы. цвет лица её был

синий. они стояли по колено в воде и целовались. электричество уже выключили

и в доме горели свечи. я сразу узнал эту женщину: это была та самая женщина

что приходила к спасателю Вите. дядяня смотрел на неё влюблённым завороженным

взглядом.

- иди познакомься с тётей Светой! - попросил он меня. я подошёл.

- а мы уже встречались! - сказала тётя Света.

дядяня увёл её на кухню и они по пояс в воде начали есть плавающую по

кухне еду. они пили вино.

тогда я понял что дядяня не переживёт наводнение в городе и если я еще

хоть чуть-чуть промедлю то умру вместе с ним.

я выплыл через открытые двери в подъезд. на дворе была темень и только

звёзды освещали мой путь. весь город погас. люди плавали на лодках

и звали в темноте друг друга.

держась одной рукой за корягу дрейфовал инвалид Славик:

- пожалуйста, помоги мне найти родителей! пожалуйста позови моих родителей!