Редакция  Правила сайта Авторы  Проза  Поэзия  Критика  Другое Форум ТОП Комментарии Кандидаты Бездна Гостевая
elephantfish
Смотреть инфо »
Поэзия

Направления

I

Ты помнишь, как в детстве мы пели

в Капелле,

А бабушки в зале сидели

и млели,

Как в воздухе чудные трели

звенели,

А жирные наши затылки потели…

И до сих пор в сознании моём

Мы так стоим в Капелле и поём:

« День - ночь, день - ночь мы идём за Киплинхом.

День - ночь, день - ночь мы идём за Киплинхом»…

Музыковед известный Миша Бялик

Готов писать о нас в своём подвале,

А выдающийся хормейстер Кротман

Пришёл в восторг и смотрит в рот нам.

А как не вспомнить Якова Хрякова,

Юности нашей кумира

В роли несчастного Лира,

Когда он, узнав об измене,

Упал на колени

И громко стучал головой о ступени,

А дочери в танце метались по сцене,

Как тени.

И много прекрасных событий

Хранит наша память в амбарах своих.

Я всё расскажу, подождите,

В стихах интересных моих.



II

Наш

основной персонаж

Илья Алексеич Пегушин,

чей сон был грубо нарушен.

В школе он получал единицы,

а теперь благоденствовал в Ницце.

Тут один кардинал (Казароль!)

сыграл не последнюю роль.

И несколько слов про Якова

Накорякова.

Тот всегда играл одинаково,

и в бессмертных пьесах Шекспира,

и в комедии про вампира.

Он на сцену быстро вбегал

и громко так завывал,

чем всегда завоёвывал зал.

Итак, единичник Пегушин

был в постели жестоко укушен,

а Яков Лукич Накоряков

улетел на гастроли в Краков,

и какую-то странную роль

сыграл кардинал Казароль.

Проснувшись, Пегушин спросил:

«Кто жестоко меня укусил?

Кто на виллу ночью напал?

Кто из сейфа дерзко украл

DVD со спектаклями Якова

Накорякова?

И какую всё-таки роль

здесь сыграл кардинал Казароль?»

Но никто не ответил ему,

и не понял он, почему

вместо виллы в солнечной Ницце

он проснулся в тюремной больнице.

Не узнал он, как жители Кракова

отнеслись к завываниям Якова,

и зачем в отеле «Бристоль»

поселился синьор Казароль…

III

Стекает пот по бородам,

Но страха нет отнюдь,

Хотя к духовным городам

Суров и труден путь.

Идём на Серингапатам

И Город Трёх Слонов,

Потом выходим на Рамбам,

Выходим на Рамбов.

Шагаем по гробам,

Восставши из гробов,

Выходим на Рамбам,

Выходим на Рамбов.

К далёким берегам

От ближних берегов

Выходим на Рамбам,

Выходим на Рамбов.

Ненужные рабам,

Защитники рабов,

Выходим на Рамбам,

Выходим на Рамбов.

Даря любовь врагам,

Разящие врагов,

Выходим на Рамбам,

Выходим на Рамбов.

К духовным городам

Из плотских городов

Выходим на Рамбам,

Выходим на Рамбов.

Дрейфуем в Ледовитом океане,

Спасаемся в Крыму от наводненья.

О, Господи, ну как же мы устали!

А где-то там, в Рамбове на вокзале

Пекут…пекут блины на барабане

И поливают абрикосовым вареньем…

IV

Гуси летят на юг.

Поднимается дым над бочками с опавшей листвой.

Уходит, уходит Краснюк,

Как будто покидает сцену,

Грациозно покачивая головой.

Уходит, уходит Краснюк,

И сердце сжимается от тоски.

Гуси летят навстречу солнцу, их крылья легки.

Но уходит Краснюк.

Вот он проходит мимо, улыбается последний раз.

Если грустно нам, то, каково же ему?

Но он улыбается – это для нас.

Солнце висит над полем низко, касаясь травы.

Уходит Краснюк.

Осенние мошки вьются вокруг его головы.

Лето закончилось. Гуси летят.

Неужели всё позади?

Уходит, уходит Краснюк.

Как же хочется крикнуть: «Не уходи!»

До чего же грустно, когда уходит друг.

Так уходил Пахульский, вот уходит Краснюк.

И разве кто-то сумеет эту прервать череду?

Вот Краснюк уходит. Так же и я уйду.

Но пока я стою у забора,

Ничего изменить не в силах, увы.

Краснюк уходит, и солнце касается его головы.

V

Не осталось ни любви, ни ненависти, ни добра, ни зла.

Всё, что могло гореть сгорело и превратилось в золу.

Нет ни искорки, ни маленького огонька, только зола.

Мы движемся по направлению к пурпурным полям Иалу.

По направлению к пурпурным полям Иалу

По берегам горьких и солёных озёр.

Ветер дует в спину, ветер гонит золу,

Обрывки газет, обёртки и прочий сор.

И мы движемся по берегам горьких и солёных озёр

В том же направлении, куда гонит ветер обрывки бумаги и сор.

Вот в чёрной сутане идёт Пахульский, перебирает чётки, разговаривает сам с собой.

Вот идёт Краснюк, в такт своим шагам грациозно покачивая головой.

Вот семенит вдоль берега кардинал Казароль,

Который играл такую видную, но, оказалось, абсолютно ненужную роль.

Вот идут те, кто видел на горизонте Рамбов или Рамбам.

Но никто из них не сумел приблизиться к этим двум городам.

Завывает ветер, мелкий дождь моросит день и ночь.

Нам трудно идти, но никто не в силах помочь.

Только жутким голосом кричит Орлан или Тавр Таркасс,

Или ещё кто-то. Подгоняет нас.

По направлению к пурпурным полям Иалу, к царству теней.

Мы движемся много ночей и дней.

Мы движемся туда, где не Запад и не Восток.

Мы движемся вместе, но каждый из нас одинок.

Говорят, в пурпурных полях высокие камыши.

Говорят, там отдых для тела и для души.

Но отчего же не видно радости на пути?

Отчего же так грустно туда идти?

29.09.2008
Читать комментарии (3)
Рейтинг Оценили
3 Корній Ляуф, Гераскина Аня, Евгений Герман.

Вот проблема с этими творческими людьми: они всегда желают быть композиторами, художниками и писателями.
В результате производством труб большого диаметра занимаются бездарности. (с)Рома Воронежский

"Пииты - будьте хорошими людьми! Берегите лес и бумагу - пишите в сети!"

"Книги - это кино для умных"

"Автор умер - но критик всё ещё жив".

"Рукописи не горят - но, в основном, не тонут" (с)

КОММЕНТАРИИ
tant
2008-09-29 19:18:01
Что-то психоделичное напомнило...
Еще что-то прочту.
Странно, но понравилось.
Евгений Герман
2008-09-30 11:27:59
я предвзято оцениваю - мне нравится творчество этого аффтара.
Юля Шешуряк
2008-09-30 18:05:00
забагато... і як у вас вистачає терпіння це читати? Особисто я таке римування не люблю.

Зарегистрируйтесь чтобы прокомментировать
 

Art magazine Проза

Сайт группировки СТАН Давление света

Веб-каталог «Культурна Україна»

Літературний клуб МАРУСЯ

Буквоид

Редакция       Реклама и сотрудничество
© Все права на произведения принадлежат их авторам.
© Nvc

Свадебные торты на заказ Киев